XVII. Фиксация поведения и динамики (процессуальная, а не разовая)
Ключевая ошибка — фиксировать отдельные факты, а не поведенческий паттерн.
Для судов, следственных органов и внешних наблюдателей важна именно динамика.
Что фиксируется:
повторяемость действий;
изменение тактики;
реакция на ваши шаги;
синхронность с внешними событиями.
Как фиксируется:
хронологическая таблица (дата / событие / источник / реакция);
скриншоты + текстовое описание;
сопоставление «до / после».
Важно: один факт = шум, серия фактов = система.
XVIII. Фиксация коммуникаций (мессенджеры, почта, соцсети)
Минимальный стандарт:
полный скрин экрана (с системным временем);
отдельный скрин профиля собеседника;
экспорт чата (если доступно);
хеширование архива (SHA-256).
Критично:
не редактировать изображения;
не обрезать системные элементы;
сохранять оригинальные файлы, а не пересохранённые копии.
Ошибка: переписывать содержание «своими словами» без первичного доказательства.
XIX. Фиксация цифровых следов (OSINT-уровень)
Фиксация должна позволять третьему лицу восстановить картину.
Что сохраняется:
URL;
ID аккаунтов;
метаданные файлов;
временные метки (UTC + локальное время).
Инструменты:
archive.today / web.archive (при возможности);
локальные копии страниц (HTML);
скринкасты для динамического контента.
XX. Фиксация отказов, игнорирования и «тишины»
Юридически отсутствие ответа — тоже факт.
Фиксируется:
дата направления запроса;
способ доставки;
подтверждение доставки;
отсутствие реакции в установленный срок.
Особенно важно для:
консульств;
архивов;
административных органов;
операторов услуг.
XXI. Контроль целостности и доказательной силы
Каждый блок материалов должен отвечать на три вопроса:
Подлинность — можно ли подделать?
Целостность — менялось ли содержимое?
Воспроизводимость — может ли другой человек проверить?
Минимум:
архив;
контрольная сумма;
описание способа получения.
XXII. Стратегическое правило фиксации
Никогда не фиксируй «на всякий случай».
Фиксируй под конкретную будущую точку давления:
суд;
жалоба;
публичное раскрытие;
переговоры;
защита.
Если ты не можешь ответить, где и как это будет использовано — фиксация бессмысленна.
XXIII. Финальная схема (коротко)
Событие
Немедленная фиксация
Контекст
Динамика
Архивирование
Контроль целостности
Привязка к цели
Цикл завершён. Материал замкнут, непротиворечив и применим как в правовом,
так и в оперативном контуре.
Европейский парламент официально подтвердил получение и регистрацию электронной петиции, касающейся системных нарушений фундаментальных прав в сфере размещения и обращения с просителями убежища в Пюргене (Бавария). Петиция зарегистрирована под номером 2453/2025 и передана на рассмотрение Комитету Европейского парламента по петициям.
Текст петиции на английском языке:
INTRODUCTION FOR THE PETITION (EUROPEAN PARLIAMENT)
Honourable Members of the European Parliament, Honourable Chair of the PETI Committee,
My name is Vladyslav Duda, I am a freelance journalist based in Bavaria, Germany, and the operator of the independent human-rights platform Orden Soprotivleniia (https://ordensoprotivleniia.org). My work focuses on documenting violations of asylum seekers’ rights, administrative misconduct and systemic deficiencies in reception conditions within the European Union.
Through ongoing monitoring of the Asylum Accommodation in Pürgen (Bavaria), I have documented a pattern of persistent and structural violations that directly contradict EU law, the Charter of Fundamental Rights, the Reception Conditions Directive (2013/33/EU), and basic principles of human dignity and legal certainty.
This petition brings to your attention three specific and severe problems that require EU-level scrutiny.
Prohibition on using video cameras inside private rooms
The accommodation administration enforces a rule that prohibits residents from recording or using video cameras within their own private rooms, even for the purpose of documenting unsafe conditions, misconduct or rights violations.
This measure clearly violates:
the right to private life and home (Article 7 EU Charter),
the right to collect and preserve evidence for complaints or legal protection,
transparency and accountability obligations of public authorities,
the jurisprudence of the ECtHR affirming that individuals may document abuses in private spaces when necessary for rights protection.
This prohibition has no legitimate justification. Its only practical effect is to prevent residents from documenting violations, thereby shielding the administration from scrutiny. This constitutes an abuse of power and a breach of fundamental rights.
Denial of effective internet access for asylum seekers
The responsible authority, Landratsamt Landsberg am Lech, has repeatedly asserted in official correspondence that residents have “no entitlement to WLAN infrastructure”. Based on this, internet access is either not provided or is provided arbitrarily, inconsistently and without minimal reliability.
In the modern EU, asylum seekers require internet access to:
communicate with legal representatives,
submit applications and receive decisions,
interact with social and health services,
access education and integration measures,
protect their rights and human dignity.
The denial of stable internet access therefore constitutes a functional denial of access to justice, contradicting EU law and the standards enshrined in Directive 2013/33/EU. As a journalist and human-rights defender, this restriction directly obstructs my professional activity and undermines freedom of information (Art. 11 EU Charter).
This practice is arbitrary, discriminatory and legally indefensible.
Selective and arbitrary prohibition on keeping small pets
The administration of the accommodation applies pet-related rules in a selective, inconsistent and discriminatory manner. Some residents are permitted to keep small animals (such as cats or small dogs), while others receive strict prohibitions or threats of sanctions for identical behaviour.
This inconsistent enforcement:
violates the principle of equality before the law (Article 20 EU Charter),
creates an atmosphere of insecurity and fear,
facilitates targeted administrative pressure,
lacks transparency, objectivity and proportionality.
For many traumatised individuals, small pets are an important emotional support. However, the rule is not applied uniformly, but used selectively as a tool of control, exacerbating vulnerability and undermining trust in the authorities.
Текст петиции на русском языке:
ВВЕДЕНИЕ К ПЕТИЦИИ (ЕВРОПЕЙСКИЙ ПАРЛАМЕНТ)
Уважаемые члены Европейского парламента, Уважаемый председатель Комитета PETI,
Меня зовут Владислав Дуда, я внештатный журналист, проживающий в Баварии, Германия, и руководитель независимой правозащитной платформы Orden Soprotivleniia (https://ordensoprotivleniia.org). Моя работа посвящена документированию нарушений прав лиц, ищущих убежища, административных нарушений и системных недостатков в условиях приема в Европейском Союзе.
В ходе постоянного мониторинга ситуации с размещением лиц, ищущих убежища, в Пюргене (Бавария) я задокументировал систематические и постоянные нарушения, которые прямо противоречат законодательству ЕС, Хартии основных прав, Директиве об условиях приема (2013/33/ЕС) и основным принципам человеческого достоинства и правовой определенности.
Эта петиция обращает ваше внимание на три конкретные и серьезные проблемы, требующие внимания на уровне ЕС.
Запрет на использование видеокамер в личных комнатах
Администрация общежития вводит правило, запрещающее жильцам записывать видео или использовать видеокамеры в своих личных комнатах, даже с целью документирования небезопасных условий, неправомерного поведения или нарушений прав человека.
Эта мера явно нарушает:
право на частную жизнь и жилище (статья 7 Хартии ЕС),
право на сбор и сохранение доказательств для подачи жалоб или правовой защиты,
обязательства государственных органов по обеспечению прозрачности и подотчетности,
прецедентное право ЕСПЧ, подтверждающее, что лица могут документировать нарушения в частных помещениях, если это необходимо для защиты прав человека.
Этот запрет не имеет законного обоснования. Его единственный практический эффект заключается в том, чтобы помешать жильцам документировать нарушения, тем самым защищая администрацию от контроля. Это представляет собой злоупотребление властью и нарушение основных прав человека.
Отказ в предоставлении эффективного доступа в интернет для лиц, ищущих убежища
Ответственный орган, Земельное управление Ландсберга-ам-Леха, неоднократно заявлял в официальной переписке, что жители «не имеют права на инфраструктуру WLAN». Исходя из этого, доступ в интернет либо не предоставляется, либо предоставляется произвольно, непоследовательно и с минимальной надежностью.
В современном ЕС лицам, ищущим убежища, необходим доступ в интернет для:
общения с юридическими представителями,
подачи заявлений и получения решений,
взаимодействия с социальными и медицинскими службами,
доступа к образованию и интеграционным мерам,
защиты своих прав и человеческого достоинства.
Таким образом, отказ в стабильном доступе в интернет представляет собой функциональный отказ в доступе к правосудию, противоречащий законодательству ЕС и стандартам, закрепленным в Директиве 2013/33/ЕС. Как журналист и правозащитник, я считаю это ограничение прямым препятствием для моей профессиональной деятельности и подрывающим свободу информации (статья 11 Хартии ЕС).
Эта практика является произвольной, дискриминационной и юридически необоснованной.
—
Избирательный и произвольный запрет на содержание мелких домашних животных
Администрация жилья применяет правила, касающиеся домашних животных, избирательно, непоследовательно и дискриминационно. Некоторым жильцам разрешается содержать мелких животных (таких как кошки или маленькие собаки), в то время как другие получают строгие запреты или угрозы санкций за аналогичное поведение.
Это непоследовательное применение:
нарушает принцип равенства перед законом (статья 20 Хартии ЕС),
создает атмосферу незащищенности и страха,
способствует целенаправленному административному давлению,
недостаточно прозрачно, объективно и соразмерно.
Для многих травмированных людей мелкие домашние животные являются важной эмоциональной поддержкой. Однако это правило применяется не единообразно, а используется избирательно как инструмент контроля, усугубляя уязвимость и подрывая доверие к властям.
Подтверждение регистрации петиции:
О принятом решении заявитель будет уведомлён письменно после завершения процедуры рассмотрения. В Европейском парламенте отдельно указали, что в связи с большим количеством обращений процесс рассмотрения может занять продолжительное время. При этом зарегистрированные петиции, как правило, приобретают статус публичных документов. Орден Сопротивления рассматривает данный шаг как важный элемент международной фиксации нарушений и продолжит работу по документированию и правовой защите пострадавших.
В делах, связанных с предоставлением убежища, журналистской деятельностью или документированием нарушений прав человека, утрата данных часто оказывается необратимой. Потеря телефона, поломка устройства, изъятие техники или удаление аккаунта способны уничтожить месяцы или годы работы.
На практике большинство людей не теряют данные из-за сложных атак — они теряют их из-за отсутствия резервных копий.
Именно эти данные чаще всего используются как доказательства или подтверждения рассказа заявителя. Их утрата делает невозможным восстановление целостной картины.
Почему люди забывают делать бэкапы
Наиболее распространённые причины:
ощущение, что «со мной этого не случится»;
уверенность, что данные «где-то хранятся сами»;
страх утечки при копировании;
отсутствие понятной системы хранения;
откладывание на потом.
В условиях стресса и неопределённости вопросы цифровой гигиены часто отодвигаются на второй план — до момента, когда восстановить уже невозможно.
Бэкапы как элемент доказательной устойчивости
Резервные копии важны не только для сохранности информации, но и для её юридической ценности. Наличие дубликатов:
снижает риск полной утраты доказательств;
позволяет подтвердить подлинность файлов;
облегчает восстановление хронологии;
уменьшает зависимость от одного устройства.
Для миграционных органов и судов устойчивость и воспроизводимость данных является косвенным фактором доверия.
Какие данные следует резервировать в первую очередь
В контексте правозащитной и миграционной тематики приоритет имеют:
оригиналы фото и видео без сжатия;
переписки, связанные с угрозами или событиями;
медицинские и юридические документы;
аудиофиксации разговоров;
экспорт аккаунтов и журналов активности.
Одна копия — это не бэкап
Ключевой принцип резервного копирования — избыточность. Хранение данных:
на одном телефоне;
на одном ноутбуке;
в одном облаке;
не может считаться надёжной защитой. Потеря доступа к одной точке автоматически означает потерю данных.
Бэкап — это копия, физически и логически отделённая от оригинала.
Периодичность и дисциплина
Резервное копирование имеет смысл только при регулярности. Единичная копия, сделанная «на всякий случай», не защищает от реальных рисков.
Наиболее распространённая ошибка — начать делать бэкапы после утраты данных.
Вывод
Бэкапы — это не техническая деталь, а элемент личной и правовой безопасности. В ситуациях, где данные могут иметь доказательное или защитное значение, их утрата равносильна утрате возможности защиты.
Осознанный подход к резервному копированию должен рассматриваться как базовая мера, а не как дополнительная опция.
Зашифрованные локальные копии в облачных хранилищах
Отдельного внимания заслуживает подход, при котором резервные копии хранятся в облаке, но в зашифрованном виде, так что сам облачный провайдер не имеет технической возможности узнать содержимое файлов.
Ключевой принцип такого подхода — шифрование на стороне пользователя до загрузки в облако. Это означает, что сервер получает только набор зашифрованных данных и не располагает ключами для их расшифровки.
Почему это важно
Даже надёжные облачные сервисы:
могут быть скомпрометированы;
подпадают под требования правоохранительных органов;
могут блокировать аккаунты без объяснения причин;
имеют доступ к незашифрованному содержимому.
Использование криптоконтейнеров решает эту проблему: облако используется только как носитель, а контроль над данными остаётся у владельца.
Преимущества криптоконтейнеров
провайдер не знает, какие данные хранятся внутри;
невозможно выборочное удаление или анализ содержимого;
один контейнер может включать документы, фото, видео и переписки;
контейнер легко дублировать и переносить;
утрата одного облачного аккаунта не означает утрату данных.
В контексте правозащитной деятельности, дел об убежище и документирования нарушений это один из наиболее устойчивых способов хранения информации.
Примеры решений
Для создания зашифрованных контейнеров используются проверенные инструменты:
VeraCrypt (Windows / Linux) — классическое решение для создания зашифрованных томов и контейнеров с сильной криптографией.
Cryptomator (Windows / Linux / Android) — удобен для работы с облаками, шифрует файлы локально перед синхронизацией.
EDS Lite / EDS NG (Android) — позволяет монтировать криптоконтейнеры непосредственно на мобильном устройстве.
Qubes OS — изолированная операционная система, где криптоконтейнеры и облачные клиенты могут быть разделены по виртуальным средам, снижая риск компрометации.
Практический подход
На практике эффективной считается схема:
локальное шифрование данных в контейнер;
хранение контейнера в одном или нескольких облаках;
отдельное хранение ключей и паролей;
регулярное обновление резервных копий.
Если сервер может видеть содержимое файлов — это не резервное хранилище, а временное размещение данных.
Зашифрованные контейнеры позволяют совместить удобство облачного хранения с контролем и приватностью, что особенно важно в условиях давления, изъятий техники или блокировок аккаунтов.
После аудиофиксации следующим логическим шагом становится видео.
Это самый сильный, но одновременно самый опасный инструмент фиксации.
Видео не про эмоции.
Видео — это структура, контекст и проверяемость.
И именно поэтому с ним совершают больше всего ошибок.
Почему видео — самый чувствительный формат
В отличие от текста или аудио, видео фиксирует сразу несколько слоёв:
внешний вид участников;
обстановку;
пространство и движение;
время и последовательность событий.
Именно поэтому видео:
сложнее подделать;
проще проверить;
опаснее хранить без защиты;
легче использовать против самого автора.
Главная ошибка: «включил камеру — и всё доказал»
Видео не является доказательством само по себе.
Без контекста оно превращается в:
эмоциональный фрагмент;
вырванный момент;
материал для манипуляций;
основание для атак на источник.
Миграционные и судебные органы оценивают не картинку,
а цепочку происхождения материала.
Метаданные: то, что важнее самого видео
Метаданные — это:
дата и время съёмки;
модель устройства;
параметры камеры;
иногда — координаты;
история изменений файла.
Именно метаданные позволяют:
подтвердить подлинность;
опровергнуть обвинения в монтаже;
привязать событие ко времени;
выстроить хронологию.
Видео без метаданных — это иллюстрация.
Видео с метаданными — это материал.
Когда метаданные становятся угрозой
Важно понимать и обратную сторону.
Метаданные могут:
раскрывать местоположение;
указывать на конкретное устройство;
связывать материалы между собой;
идентифицировать автора.
Поэтому существует разница между хранением и публикацией.
То, что сохраняется в архиве,
не обязано выходить в публичное пространство в исходном виде.
Открытая и скрытая видеофиксация
С юридической точки зрения важно различать:
открытую фиксацию;
скрытую фиксацию;
публичное и непубличное пространство.
Скрытая видеосъёмка — самый рискованный сценарий.
Даже если содержание фиксирует нарушение,
форма может создать проблемы для самого заявителя.
Поэтому правило простое:
если без скрытой съёмки можно обойтись — обходятся.
Практическая логика безопасной видеофиксации
Без углубления в технические детали,
базовая логика выглядит так:
минимум кадров — максимум контекста;
не снимать лица без необходимости;
фиксировать среду, а не эмоции;
сохранять оригиналы отдельно;
никогда не редактировать исходник.
Любая обработка должна происходить
только с копией.
Видео как часть системы, а не одиночный аргумент
Как и в предыдущих частях цикла,
ключевая мысль остаётся прежней:
одно видео ничего не доказывает.
Система видео, дат, последствий и контекста — доказывает.
Видео работает только тогда,
когда оно встроено в общую доказательную ткань:
переписки;
аудио;
медицинские документы;
хронологию событий.
Вывод
Видеофиксация — это не «самый сильный аргумент».
Это самый требовательный инструмент,
который:
усиливает сильную позицию;
разрушает слабую;
защищает при дисциплине;
наказывает при неосторожности.
В следующих частях мы перейдём
к практической работе с видео:
хранение, передача, публикация
и типовые ошибки,
которые невозможно исправить задним числом.
В предыдущих частях цикла мы говорили о документах, цифровых следах,
переписках и технической защите данных.
Однако в реальных ситуациях нарушения прав человека
ключевые эпизоды часто происходят устно —
без протоколов, без свидетелей и без письменных следов.
Именно поэтому аудиофиксация вызывает наибольшее количество вопросов,
страхов и мифов.
Что такое аудиофиксация в контексте прав человека
Аудиофиксация — это не «шпионская запись»
и не инструмент провокации.
В правовом смысле речь идёт о:
фиксации собственного разговора;
документировании угроз, давления, инструкций;
подтверждении факта высказываний, а не их интерпретации.
Ключевой момент:
человек фиксирует ситуацию, участником которой он сам является.
Легальность: базовый принцип, который нельзя игнорировать
В большинстве европейских юрисдикций действует общий принцип:
если вы являетесь участником разговора,
его фиксация может быть допустима.
Но:
тайная запись разговоров третьих лиц — отдельный правовой риск;
установка устройств в чужих помещениях — почти всегда незаконна;
распространение записи — отдельный юридический вопрос.
Важно понимать:
фиксация ≠ публикация.
В контексте убежища и правозащиты
записи используются прежде всего:
для адвокатов;
для миграционных органов;
для международных инстанций;
как подтверждение последовательности показаний.
О скрытой, но легальной аудиофиксации
Отдельный вопрос — устройства,
которые не выглядят как диктофоны.
Важно сразу зафиксировать:
внешний вид устройства не определяет его легальность.
Юридическое значение имеет:
кто является участником разговора;
где происходит разговор;
с какой целью ведётся фиксация;
как и кому запись будет передана.
Использование диктофонов в нейтральных корпусах
(брелоки, ручки, зажигалки и т.п.)
само по себе не является преступлением,
если запись ведётся собственного разговора
и не нарушает иных запретов.
Однако:
любая попытка использовать такие устройства
для скрытого наблюдения за третьими лицами
выводит ситуацию за пределы правовой защиты.
Почему аудиофиксация ценна именно как элемент системы
Одиночная запись редко решает всё.
Но в связке с:
датами и местами;
переписками;
медицинскими последствиями;
последующими действиями властей;
она превращается в якорь реальности,
который сложно игнорировать.
Особенно это важно в ситуациях,
где официальные протоколы:
не составляются;
искажаются;
оформляются задним числом.
Типовые ошибки, которые обнуляют ценность записи
отсутствие контекста (непонятно, кто говорит и когда);
монтаж или обрезка;
провокационные вопросы;
попытка «добыть признание»;
хранение записи без защиты.
Аудиофиксация — это не ловушка,
а страховочный механизм.
Вывод
Аудиофиксация —
один из самых сильных,
но и самых чувствительных инструментов.
Она работает только тогда,
когда:
вписана в общую доказательную логику;
используется без эмоций;
не подменяет собой факты;
остаётся в правовом поле.
В следующей части мы перейдём
к практическим сценариям:
как фиксировать разговоры безопасно,
не разрушая собственную позицию
и не создавая новых рисков.
До этого момента цикл был посвящён пониманию системы:
процедурам, статусам, интервью, апелляциям,
международным инстанциям и цифровой безопасности.
Теперь этот этап завершён.
С этого момента речь пойдёт не о том,
как всё должно работать по закону,
а о том,
как люди реально фиксируют нарушения
и какие ошибки делают чаще всего.
Почему дальше нельзя оставаться наблюдателем
Одна из ключевых иллюзий —
вера в то, что фиксация начинается
в момент подачи заявления на убежище.
На практике всё происходит наоборот.
Миграционные органы почти всегда задают один и тот же вопрос,
пусть и в разных формулировках:
«Что вы делали, пока это происходило?»
Если ответ звучит как:
«ничего»;
«я не знал, что нужно»;
«я боялся»;
— дело автоматически попадает в зону недоверия,
даже если сами события были реальными.
Фиксация — это поведение, а не документы
Фиксация нарушений —
это не набор файлов и не папка с фотографиями.
Это последовательное поведение во времени.
Система оценивает не только:
что произошло;
кто виноват;
какие есть доказательства;
но и:
когда человек начал фиксировать события;
делал ли он это регулярно;
менялась ли логика его действий;
появились ли «доказательства» только после отказа.
Фиксация, начатая слишком поздно,
почти всегда воспринимается как реакция,
а не как след реальной угрозы.
Почему мы начинаем именно с практики
В предыдущих частях было показано,
как система думает и какие вопросы она задаёт.
Теперь мы переходим к обратному движению —
как действовать так,
чтобы система не могла игнорировать следы.
В следующих материалах будет разобрано:
что именно считается фиксацией, а что — шумом;
какие действия создают доказательную ценность;
какие ошибки делают даже мотивированные люди;
почему избыточная активность иногда вреднее молчания;
как фиксировать события, не привлекая лишнего внимания.
Важно понять одну вещь заранее
Этот блок материалов —
не инструкция к конфликту
и не призыв к публичности.
Речь идёт о другом:
о фиксации для себя;
о сохранении следов;
о создании логической истории;
о защите от обнуления пережитого.
Фиксация не требует героизма.
Она требует дисциплины.
Точка отсчёта
С этого момента читатель больше не просто изучает систему.
Он начинает понимать,
что ответственность за следы
лежит не на государстве,
а на самом человеке.
Именно с этой точки
начинается реальная защита.
Следующие материалы будут сугубо практическими.
Без теории. Без повторов.
Редакция проекта «Орден Сопротивления» официально уведомляет читателей о том, что
в Парламент Румынии и Омбудсмену Румынии (Avocatul Poporului) подана петиция,
касающаяся защиты прав уязвимой категории населения — украинских мужчин, спасающихся от войны и политических преследований.
Петиция направлена на устранение существующей в Румынии процедурной ловушки, при которой
граждане Украины, выявленные после незаконного пересечения границы, фактически лишены выбора:
либо принять статус временной защиты, либо столкнуться с угрозой депортации,
не имея возможности законно покинуть страну и обратиться за защитой в другом государстве ЕС.
Благодарность Румынии и Salvamont
Редакция выражает искреннюю благодарность государству Румыния, а также
службе Salvamont Maramureș за гуманитарную деятельность и спасение человеческих жизней.
По данным открытых источников, более 370 украинских мужчин были спасены в горах Румынии,
преимущественно в регионе Марамуреш. Эти операции стали символом гуманности,
профессионализма и реальной солидарности.
Петиция подаётся не в форме обвинения, а как логическое продолжение этих усилий —
для того чтобы спасённые люди не оказывались впоследствии в правовом и социальном вакууме.
Личный контекст
Шеф-редактор проекта Vladyslav Duda является одним из спасённых.
07 декабря 2024 года он был спасён сотрудниками Salvamont Maramureș
в приграничной горной зоне Румынии в экстремальных условиях.
Эта история получила широкое освещение в международных СМИ.
Именно личный опыт столкновения с последствиями отсутствия краткосрочного правового механизма
стал основанием для подготовки и подачи настоящей петиции.
Что дальше
После официальной регистрации петиции и присвоения ей порядкового номера:
редакция опубликует регистрационные данные и номер петиции;
будет объявлен публичный сбор поддержки;
читатели смогут использовать текст петиции для индивидуальных обращений.
Мы призываем всех, кто разделяет ценности правовой защиты и гуманности,
поддержать петицию после её официальной регистрации.
Полный текст петиции (русский язык)
ПЕТИЦИЯ
о необходимости введения краткосрочного временного легального режима пребывания для граждан Украины, выявленных после незаконного пересечения государственной границы Румынии
Адресат:
Парламент Румынии
(комитеты по правам человека, общественному порядку и публичной администрации)
Заявление благодарности и признательности
Прежде чем изложить суть настоящей петиции, считаем необходимым выразить глубокую благодарность и уважение государству Румыния и его институтам за гуманитарные усилия, направленные на спасение человеческих жизней.
Выражаем благодарность Парламенту Румынии за институциональные условия, обеспечивающие деятельность экстренных служб, а также особую признательность горно-спасательной службе Salvamont Maramureș за профессионализм, мужество и самоотверженность, проявленные в экстремальных условиях.
Согласно открытым источникам, более 370 украинских мужчин были спасены в горах Румынии, преимущественно в регионе Марамуреш. Эти спасательные операции стали не только актами спасения человеческих жизней, но и символом солидарности, гуманности и реальной ответственности Румынии в условиях беспрецедентного гуманитарного кризиса.
Настоящая петиция подаётся в продолжение этих ценностей и направлена на то, чтобы дополнить усилия по спасению жизни минимальным и рациональным правовым механизмом, который предотвратит попадание спасённых лиц в состояние крайней уязвимости из-за отсутствия краткосрочного легального режима пребывания.
Вводное заявление заявителя
Настоящая петиция подаётся в целях защиты прав одной из наиболее уязвимых категорий населения — украинских мужчин, спасающихся от войны и политических преследований.
Меня зовут Vladyslav Duda, я являюсь шеф-редактором немецкого медиапроекта «Орден Сопротивления». Моя журналистская деятельность сосредоточена на документировании нарушений прав человека и анализе реальных последствий административных решений для лиц, находящихся в зоне риска.
07 декабря 2024 года я был спасён сотрудниками Salvamont Maramureș в приграничной горной зоне Румынии в экстремальных условиях. Данная спасательная операция стала возможной благодаря профессионализму спасательных команд и получила широкое освещение в международных средствах массовой информации.
Этот личный опыт позволяет утверждать, что проблема, затронутая в настоящей петиции, носит не теоретический, а сугубо практический и процедурный характер.
1. Фактическая ситуация в Румынии
В настоящее время в Румынии отсутствует краткосрочный временный легальный режим пребывания для граждан Украины, выявленных после незаконного пересечения государственной границы и установленных компетентными органами.
На практике это приводит к следующей ситуации:
лицо ставится перед ультимативным выбором:
либо немедленно принять статус временной защиты,
либо быть депортированным в Украину;
отсутствует промежуточный правовой статус, позволяющий законно покинуть территорию Румынии.
Таким образом, временная защита применяется не как добровольный механизм защиты, а как единственная альтернатива депортации.
2. Европейский правовой контекст после 15.07.2025
В соответствии с решениями Европейского союза от 15 июля 2025 года, предоставление временной защиты возможно только один раз в одном государстве-члене ЕС.
В этих условиях:
вынужденная активация временной защиты в Румынии влечёт необратимые правовые последствия;
лицо утрачивает возможность обратиться за защитой в другом государстве-члене ЕС;
данные последствия не компенсируются реальными мерами социальной поддержки.
3. Сравнительно-правовой анализ: пример Словацкой Республики
Ярким примером надлежащей европейской практики является Словацкая Республика.
В соответствии с Законом Словацкой Республики № 404/2011 Z.z. «О пребывании иностранцев», в частности § 61a, словацкие органы вправе выдавать официальный документ, подтверждающий право гражданина третьей страны временно находиться на территории государства без активации временной защиты, до устранения обстоятельств, препятствующих выезду.
Данный механизм применяется, в том числе, в отношении граждан Украины, выявленных после незаконного пересечения границы, и обеспечивает:
краткосрочное легальное пребывание;
предотвращение депортации;
законный выезд с территории государства;
свободный выбор государства ЕС для обращения за защитой.
Именно введение аналогичного процедурного механизма предлагается Парламенту Румынии.
4. Социальные и административные последствия отсутствия такого механизма
Отсутствие краткосрочного легального режима пребывания приводит к:
появлению лиц без жилья и средств к существованию;
росту рисков нелегальной занятости и эксплуатации;
формированию групп в состоянии крайней социальной уязвимости.
Одновременно с этим Румыния объективно не располагает достаточными ресурсами для обеспечения всех получателей временной защиты жильём, регулярными выплатами и программами интеграции.
5. Предлагаемое решение
Предлагается введение минимальной, пропорциональной и строго процедурной меры:
установление временного легального режима пребывания сроком от 5 до 15 дней для граждан Украины, выявленных после незаконного пересечения границы.
Единственная цель данного режима:
гарантировать право законного выезда с территории Румынии;
обеспечить возможность осознанного выбора:
либо подать заявление на временную защиту в Румынии,
либо продолжить путь в другое государство — член ЕС.
Данная мера не создаёт дополнительных социальных обязательств для государства.
6. Требование
В связи с изложенным просим:
внести изменения в административную практику и/или национальное законодательство Румынии, установив временный легальный режим пребывания сроком от 5 до 15 дней для граждан Украины, выявленных после незаконного пересечения государственной границы, предоставляющий право законного выезда и принятия осознанного решения о подаче на временную защиту либо выезде в другое государство — член Европейского союза.
Данные заявителя
Vladyslav Duda
Шеф-редактор немецкого медиапроекта
«Орден Сопротивления»
Адрес:
Reischer Straße 3
86932 Pürgen
Germany
Сайт проекта:
https://ordensoprotivleniia.org
Text integral al petiției (limba română)
PETIȚIE
privind necesitatea introducerii unui regim temporar legal de ședere pe termen scurt pentru cetățenii Ucrainei identificați după trecerea ilegală a frontierei României
Adresată:
Parlamentul României
(comisiile pentru drepturile omului, ordine publică și administrație publică)
Declarație de mulțumire și recunoaștere
Înainte de a expune problematica prezentei petiții, dorim să ne exprimăm recunoștința și respectul față de statul român și instituțiile sale pentru eforturile umanitare depuse în salvarea vieților omenești.
Adresăm mulțumiri Parlamentului României pentru cadrul instituțional care permite intervenția structurilor de urgență, precum și un mulțumesc deosebit serviciului de salvare montană Salvamont Maramureș pentru profesionalismul, curajul și devotamentul demonstrate în condiții extreme.
Conform informațiilor publice, peste 370 de bărbați ucraineni au fost salvați în munții României, în special în zona Maramureșului. Aceste intervenții reprezintă un exemplu clar de solidaritate, umanitate și angajament real al României în contextul unei crize umanitare fără precedent.
Prezenta petiție este formulată în continuarea acestor valori, cu scopul de a completa eforturile de salvare printr-un mecanism juridic minim și rațional, care să prevină ca persoanele salvate să ajungă ulterior într-o situație de vulnerabilitate extremă din cauza absenței unui regim temporar legal de ședere.
Declarația introductivă a petiționarului
Prezenta petiție este formulată în scopul protejării drepturilor uneia dintre cele mai vulnerabile categorii de persoane — bărbați ucraineni care fug de război și de persecuții politice.
Numele meu este Vladyslav Duda, sunt șef-redactor al proiectului media german „Ordinul Rezistenței”. Activitatea mea jurnalistică este axată pe documentarea încălcărilor drepturilor omului și pe analiza consecințelor practice ale deciziilor administrative asupra persoanelor aflate în situații de risc.
La data de 07 decembrie 2024 am fost salvat de angajații serviciului Salvamont Maramureș într-o zonă de frontieră a României, în condiții extreme. Această intervenție a fost posibilă datorită profesionalismului echipelor de salvare și a devenit cunoscută publicului larg, fiind reflectată în mass-media internațională.
Această experiență personală îmi permite să afirm cu certitudine că problema abordată în prezenta petiție nu este una teoretică, ci una strict practică și procedurală.
1. Situația factuală existentă în România
În prezent, România nu prevede un regim temporar legal de ședere pe termen scurt pentru cetățenii Ucrainei identificați după trecerea ilegală a frontierei și depistați de autoritățile competente.
În practică, acest lucru conduce la următoarea situație:
persoana este pusă în fața unei alegeri ultimative:
fie acceptarea imediată a statutului de protecție temporară,
fie deportarea către Ucraina;
nu există un statut intermediar care să permită părăsirea legală a teritoriului României.
Astfel, protecția temporară este utilizată nu ca mecanism voluntar de protecție, ci ca singura alternativă la expulzare.
2. Contextul juridic european după 15.07.2025
În urma deciziilor Uniunii Europene din 15 iulie 2025, acordarea protecției temporare este posibilă o singură dată într-un stat membru.
În aceste condiții:
activarea forțată a protecției temporare în România produce efecte juridice ireversibile;
persoana își pierde posibilitatea de a solicita protecție într-un alt stat membru;
aceste efecte nu sunt compensate prin măsuri reale de sprijin social.
3. Analiză comparativă: exemplul Republicii Slovace
Un exemplu clar de bună practică este oferit de Republica Slovacă.
În conformitate cu Legea Republicii Slovace nr. 404/2011 Z.z. privind șederea străinilor, în special § 61a, autoritățile slovace pot elibera un document oficial care confirmă dreptul unui cetățean al unei țări terțe de a rămâne temporar pe teritoriul statului fără activarea protecției temporare, până la dispariția motivelor care împiedică părăsirea teritoriului.
Acest mecanism este aplicat inclusiv în cazul cetățenilor ucraineni identificați după trecerea ilegală a frontierei și permite:
ședere legală pe termen scurt;
evitarea deportării;
părăsirea legală a teritoriului statului;
alegerea liberă a statului membru în care persoana dorește să solicite protecție.
Solicitarea noastră adresată Parlamentului României vizează introducerea unui mecanism procedural similar, deja aplicat cu succes într-un alt stat membru al Uniunii Europene.
4. Consecințe sociale și administrative în absența unui astfel de mecanism
Lipsa unui regim temporar legal de ședere conduce la:
apariția persoanelor fără adăpost și fără mijloace de subzistență;
creșterea riscurilor de muncă ilegală și exploatare;
formarea unor grupuri aflate într-o stare de vulnerabilitate extremă.
În același timp, România nu dispune de resurse suficiente pentru a asigura tuturor beneficiarilor de protecție temporară cazare, plăți regulate și programe de integrare.
5. Soluția propusă
Propunem introducerea unei măsuri minime, proporționale și strict procedurale:
instituirea unui regim temporar legal de ședere pe o durată de 5–15 zile pentru cetățenii Ucrainei identificați după trecerea ilegală a frontierei.
Scopul exclusiv al acestui regim este:
garantarea dreptului de părăsire legală a teritoriului României;
asigurarea posibilității unei alegeri informate:
fie solicitarea protecției temporare în România,
fie deplasarea către un alt stat membru al Uniunii Europene.
Această măsură nu creează obligații sociale suplimentare pentru statul român.
6. Solicitare
Având în vedere cele expuse, solicităm:
modificarea practicii administrative și/sau a cadrului normativ național prin introducerea unui regim temporar legal de ședere pe termen de 5–15 zile pentru cetățenii Ucrainei identificați după trecerea ilegală a frontierei, care să permită părăsirea legală a teritoriului României și luarea unei decizii informate privind solicitarea protecției temporare sau deplasarea către un alt stat membru al Uniunii Europene.
Datele petiționarului
Vladyslav Duda
Șef-redactor, proiect media german
„Ordinul Rezistenței”
Adresă:
Reischer Straße 3
86932 Pürgen
Germany
Website:
https://ordensoprotivleniia.org
Реквизиты заявителя
Vladyslav Duda
Шеф-редактор проекта «Орден Сопротивления»
На этом этапе цикла мы подходим к границе, о которой почти никогда не говорят напрямую.
До этого момента фиксация воспринималась как личная защита —
способ сохранить доказательства, не потерять факты и не дать системе
переписать вашу историю задним числом.
Однако существует момент, после которого фиксация
перестаёт быть частным действием
и начинает восприниматься системой как угроза.
Когда фиксация перестаёт быть «для себя»
Фиксация становится опасной не тогда,
когда зафиксирован один эпизод.
Она становится опасной тогда, когда:
появляется повторяемость;
разные случаи начинают совпадать по месту, подразделениям, фамилиям;
частные истории складываются в узнаваемый паттерн;
данные можно сопоставлять между собой.
С этого момента речь идёт уже не о личной защите,
а о фиксации системных признаков.
Почему система реагирует именно на структуру
Система почти никогда не реагирует на отдельный случай.
Один эпизод можно:
объяснить ошибкой;
назвать эксцессом;
списать на «инициативу на местах»;
объявить недоразумением.
Но когда появляется структура —
реакция меняется.
Потому что структура:
разрушает версию «случайности»;
показывает повторяемость;
делает видимой логику действий;
превращает отдельные эпизоды в систему.
Разница между жертвой и фиксирующим
Это принципиальный момент.
Жертва — объект.
Она:
реагирует постфактум;
говорит о своём опыте;
находится в уязвимой позиции.
Фиксирующий — субъект.
Он:
создаёт контекст;
сопоставляет данные;
видит закономерности;
формирует доказательную ткань.
Система почти всегда терпит жертв.
Но она реагирует на субъектов.
Почему давление начинается именно здесь
На этом этапе появляются:
попытки дискредитировать источник;
обвинения в мотивах;
смещение фокуса с фактов на личность;
информационное давление.
Важно понимать:
это реакция не на вас,
а на форму данных.
Когда факты уже существуют,
проще атаковать того,
кто их связывает,
чем опровергать содержание.
Типовая ошибка на этом этапе
Самая распространённая ошибка —
ускорение.
Желание:
сразу публиковать всё;
раньше времени называть имена;
выходить в публичность без защиты;
путать фиксацию с обвинением.
На этом этапе выигрывает не тот,
кто действует быстрее,
а тот, кто действует точнее.
Связь с рубрикой «Лицо системы»
Запуск рубрики «Лицо системы» —
это не эмоциональный шаг
и не журналистский жест.
Это логическое продолжение фиксации:
от событий — к повторяемости;
от повторяемости — к структуре;
от структуры — к ответственности.
Именно поэтому между фиксацией
и публичной идентификацией
должен существовать переходный этап.
Почему сейчас важно остановиться и переосмыслить
Эта часть цикла — не инструкция и не чек-лист.
Это точка осознания:
где вы находитесь;
что именно вы делаете;
и почему система начинает это замечать.
Фиксация — это уже не просто защита.
Это начало ответственности.
Вывод
Фиксация становится опасной не из-за содержания,
а из-за формы и структуры.
Когда данные начинают жить дольше,
чем один человек,
и складываться в систему —
меняется всё.
Именно с этого момента
работа требует не только техники,
но и стратегии.
Лицо системы: публичные видеозаписи и общественный запрос на проверку в Тернополе
I. Контекст публикации
В начале января в социальных сетях и региональных пабликах были распространены видеозаписи, на которых зафиксировано поведение лица, идентифицируемого как сотрудник территориального центра комплектования (ТЦК) в городе Тернополь.
Материалы получили широкое распространение, в том числе со ссылкой на публикации медиа-ресурса Страна.ua.
II. Содержание видеоматериалов (по сообщениям открытых источников)
Согласно описаниям, сопровождающим публикации: на одном из видео зафиксированы высказывания с угрозами физического характера в адрес мобилизованного лица, находящегося в транспортном средстве; используется ненормативная лексика; на другом видео демонстрируется агрессивное и провокационное поведение в публичном пространстве. Отдельно отмечается, что видеоматериалы были размещены в сети с аккаунта, который источники связывают с самим участником событий.
III. Идентификация фигуранта (цитирование публичных сообщений) В публикациях региональных сообществ указывается следующая информация: ФИО: Дячук Вадим Викторович Год рождения: 2001 Происхождение: г. Волочиск, Хмельницкая область Предыдущая деятельность: служба в патрульной полиции ГУНП в Тернопольской области Текущая деятельность: работа в системе ТЦК Редакционно подчёркивается: приведённые данные воспроизводят сведения из публичных сообщений и не сопровождаются самостоятельной верификацией.
IV. Общественная реакция и запрос на институциональный ответ После распространения видеозаписей: в местных пабликах и комментариях началось активное обсуждение допустимости подобного поведения со стороны представителя силовой структуры; авторы публикаций формулируют призывы к проведению служебной проверки и к официальной реакции компетентных органов; ключевым предметом обсуждения становится не личность участника, а наличие или отсутствие институционального ответа.
V. Цифровое поведение после публикаций По сообщениям пользователей и администраторов пабликов: аккаунты, связываемые с фигурантом, были удалены либо переведены в закрытый режим; аналогичные действия зафиксированы в отношении аккаунтов отдельных членов его семьи.
Редакционно фиксируется: изменение настроек приватности или удаление аккаунтов является наблюдаемым фактом цифрового поведения и не интерпретируется как доказательство каких-либо обстоятельств.
VI. Сведения о родственниках, обсуждаемые в публичном пространстве В рамках общественного обсуждения также поднимается тема ближайшего окружения фигуранта. В публикациях и комментариях указывается, что: родственники сотрудника ТЦК, включая его зятя, по сообщениям пабликов, находятся за пределами Украины; авторы сообщений обращают внимание на то, что речь идёт о лицах призывного возраста, что и формирует дополнительный общественный интерес; данные сведения приводятся как элемент контекста, а не как утверждение о нарушении законодательства.
Редакционно подчёркивается: информация о месте нахождения родственников основана на пользовательских публикациях и данных из открытых источников; законность или незаконность их пребывания за границей не оценивается в рамках данного материала и может быть установлена исключительно компетентными органами; сам факт нахождения за пределами страны не является нарушением по умолчанию.
VII. Контекст сравнения, сформированный в обсуждениях В комментариях к публикациям проводится сопоставление: жёстких мер административного реагирования в отношении отдельных граждан за незначительные правонарушения, и отсутствия на момент обсуждения публично зафиксированной реакции на видеоматериалы с участием представителя ТЦК. Данный контраст формирует общественный запрос на разъяснение и процессуальную оценку, а не на внеправовые меры воздействия. Отдельно необходимо зафиксировать, что Дячук сам по себе русскоязычный, однако, для поддержки режима резко перешел на украинский язык.
VIII. Аналитическая фиксация
Рассматриваемый эпизод интересен не как частная история, а как пример того, каким образом: публично зафиксированное поведение отдельного представителя института, самостоятельная публикация материалов, и последующая общественная реакция создают ситуацию, в которой ключевым становится официальный институциональный ответ — либо его отсутствие.
IX. Финальная фиксация В рамках данного материала: не утверждается вина каких-либо лиц; не даётся правовая квалификация действий; не выдвигаются обвинения. Зафиксированы лишь: существование видеоматериалов в открытом доступе; общественная реакция и призывы к проверке; дополнительные вопросы, возникшие в публичном обсуждении.
Материал собран и подготовлен шеф-редактором проекта «Орден Сопротивления» Владиславом Дуда.
